Инвазивная протоковая карцинома - симптомы, признаки, обследования

ЛЮБЫЕ ВРАЧИ

не выходя из дома из любой точки мира

ЛЮБЫЕ ВРАЧИ

не выходя из дома из любой точки мира

Инвазивная протоковая карцинома — это рак, который возникает в том случае, когда аномальные клетки, растущие в слизистой оболочке молочных протоков, изменяются и проникают в ткани за пределы стенок протока.

Как только это происходит, раковые клетки могут распространяться и проникнуть в лимфатические узлы или кровоток, откуда они могут попасть в другие органы и области тела. В итоге развивается метастатический рак молочной железы.

Симптомы инвазивной протоковой карциномы

Как и другие виды рака молочной железы, данное заболевание может проявляться как припухлость, которую можно обнаружить при осмотре или пальпации. Но во многих случаях на начальных этапах симптомы могут отсутствовать.

Очень важно проводить регулярные скрининговые маммограммы для выявления рака молочной железы. Маммография может обнаружить новообразования, которые не выявляются при пальпации, или подозрительные кальцификации в груди.

Протоковая карцинома, как правило, сопровождается следующими симптомами:

Уплотнение в груди
Утолщение или покраснение кожи груди
Отек или изменение формы груди
Локализованная постоянная боль в груди
Ретракция кожи груди или соска
Выделения из сосков, кроме грудного молока
Чешуйчатая или шелушащаяся кожа на соске или изъязвление на коже груди или соска. Это также могут быть признаки болезни Педжета, другого вида рака молочной железы
Высыпания в области подмышек
Изменения внешнего вида соска или груди.

Диагностика инвазивной протоковой карциноме - тесты и обследования

Следующие специализированные обследования позволяют диагностировать протоковую карциному:

Клиническая оценка перед каждым этапом лечения фиксирует самочувствие, температуру, артериальное давление, частоту пульса, выраженность боли, состояние послеоперационной раны и объём движений плеча, отдельно отмечаются признаки инфекции и лимфостаза. Результаты осмотра определяют готовность к очередному введению лекарств или к старту облучения, поскольку осложнения раны и системная инфекция требуют коррекции тактики без ожидания плановой даты.
Ультразвуковое исследование зоны операции и ультразвуковое исследование регионарных лимфоузлов применяют при сомнительных уплотнениях, сероме, болевом синдроме и для уточнения статуса подмышечного коллектора в динамике предоперационного лечения. Ультразвуковая картина помогает быстро отличить воспалительное осложнение от подозрительного узла и выбрать дальнейший шаг, поскольку ранняя коррекция осложнений сокращает задержки этапов.
Маммографию и ультразвуковое исследование контралатеральной молочной железы учитывают в плане наблюдения и контроля, особенно после органосохраняющей операции. Цель контроля заключается в раннем выявлении местных изменений и второго первичного процесса, поскольку риск синхронных и метахронных очагов сохраняется на протяжении лет.
Магнитно-резонансную томографию молочных желез рассматривают при высокой плотности ткани, при подозрении на мультифокальность и при оценке ответа на предоперационную терапию, когда стандартные методы дают противоречивую картину. МРТ уточняет объём остаточной опухоли и план резекции, поскольку недооценка протяжённости приводит к положительным краям и повторной операции.
Компьютерную томографию грудной клетки и брюшной полости по клинической задаче выполняют при повышенном риске отдалённого распространения, при симптомах со стороны лёгких, печени и костей, а также при значимом узловом поражении. Данные томографии влияют на общий план лечения, поскольку выявление метастатического процесса меняет цель терапии и целесообразность расширенных хирургических этапов.
Сцинтиграфию костей или позитронно-эмиссионную томографию, совмещённую с компьютерной томографией, по показаниям используют при костных болях, повышении щелочной фосфатазы и при сомнительных очагах на томографии. Подтверждение костного поражения определяет необходимость противоболевой и костно-модифицирующей поддержки и меняет системную стратегию, поскольку костные метастазы требуют иного темпа контроля осложнений.
Эхокардиографию и электрокардиографию включают в мониторинг при антрациклинах и анти-HER2 терапии, а также при исходной сердечно-сосудистой патологии и кардиальных жалобах. Контроль сократимости и ритма важен для сохранения возможности завершить курс, поскольку снижение фракции выброса иногда развивается без выраженной симптоматики.
Денситометрию костной ткани и оценку факторов переломов учитывают при длительной терапии ингибиторами ароматазы и при подавлении функции яичников. Контроль минеральной плотности нужен для профилактики остеопороза и снижения риска переломов, поскольку потеря костной массы на фоне эндокринного лечения развивается постепенно и долго остаётся незаметной.
Анализы крови выделяют отдельным блоком, перед курсами и в контрольные сроки оценивают общий анализ крови, биохимию с креатинином и печёночными ферментами, электролиты и показатели свёртывания по риску кровотечения и тромбозов. Лабораторные данные определяют безопасность доз и интервалов и объём сопроводительной терапии, поскольку цитопении, дегидратация и электролитные сдвиги быстро ограничивают продолжение лечения.

Стадирование инвазивной протоковой карциномы

При обнаружении рака следующим шагом является определение стадии. Стадия рака определяет, насколько далеко распространились раковые клетки. Конкретная стадия зависит от размера опухоли и от того, распространилась ли она на лимфатические узлы или попала в кровоток.

Какие врачи требуются

Маммолог-онколог формирует последовательность этапов от хирургического объёма до сроков лекарственного и лучевого лечения, сопоставляет размер очага, мультифокальность, состояние кожи и подмышечного коллектора с реальной достижимостью радикальности. В операционной маммолог-онколог задаёт принципы резекции по краям, ориентирует препарат для морфологической верификации и определяет тактику с сигнальным лимфоузлом или подмышечной лимфодиссекцией, поскольку локальный контроль и точность стадирования определяют выбор последующих этапов и риск регионарного рецидива.
Клинический онколог-химиотерапевт выбирает лекарственную стратегию по биологии опухоли, узловому статусу и риску рецидива, согласует предоперационную, либо послеоперационную программу и фиксирует контрольные точки оценки ответа. В динамике клинический онколог-химиотерапевт управляет дозовой плотностью, сопроводительной терапией и профилактикой осложнений, поскольку отсрочки курсов при токсичности ухудшают эффективность системного этапа и сдвигают сроки лучевого лечения.
Радиотерапевт планирует объём облучения при органосохраняющей операции и при показаниях после мастэктомии, рассчитывает поля на молочную железу, грудную стенку и регионарные зоны по риску поражения. Радиотерапевт координирует сроки начала лучевого этапа с заживлением раны и завершением лекарственных курсов, поскольку затяжная пауза после операции повышает вероятность локального возврата болезни.
Пластический хирург подключается при выборе реконструкции после мастэктомии и при ситуациях, когда для органосохранения требуется онкопластический подход. Пластический хирург подбирает вариант реконструкции и оценивает риски некроза лоскутов, сером и инфекции, поскольку осложнения реконструкции нередко задерживают облучение и нарушают календарь системного лечения.
Патоморфолог даёт заключение по инвазивному компоненту, степени злокачественности, краям резекции, лимфоваскулярной инвазии и по статусу лимфоузлов, дополнительно подтверждает гормональные рецепторы, HER2 и пролиферативную активность. Морфологические параметры становятся основой для выбора адъювантной терапии и прогноза, поскольку биология опухоли определяет риск отдалённого рецидива сильнее, чем один лишь размер очага.
Рентгенолог обеспечивает интерпретацию томографии, ультразвуковых исследований и МРТ в динамике лечения, оценивает остаточную опухоль после предоперационной терапии и ранние осложнения после операции. Роль рентгенолога критична при расхождениях между клиникой и морфологией, поскольку недооценка остаточной болезни приводит к ошибке в объёме операции и в зоне облучения.
Генетик участвует при подозрении на наследственный вариант, раннем возрасте, отягощённом семейном анамнезе и при тройном негативном варианте в соответствующих возрастных группах. Результат генетической оценки влияет на объём хирургии, профилактические решения и выбор отдельных лекарственных подходов, поскольку носительство мутаций связано с повышенным риском второго первичного процесса и иной чувствительностью к терапии.
Кардиолог необходим при планировании антрациклинов и анти-HER2 терапии, а также при исходной сердечно-сосудистой патологии и жалобах на одышку, перебои ритма и отёки. Кардиолог уточняет кардиальный резерв, определяет тактику кардиопротекции и критерии временной паузы, поскольку снижение сократимости может прогрессировать без явной симптоматики и ограничить завершение курса.
Гинеколог-эндокринолог подключается при выборе гормональной терапии у пременопаузальных пациенток, при планировании подавления функции яичников и при выраженных климактерических симптомах. Ведение гормональных осложнений важно для приверженности лечению, поскольку длительный приём эндокринных препаратов часто нарушается из-за приливов, кровянистых выделений, тревоги и нарушений сна.
Реабилитолог ведёт восстановление объёма движений плечевого сустава и профилактику лимфостаза после вмешательств на подмышечной области, корректирует болевой синдром и формирует безопасную физическую активность. Роль реабилитолога значима для сохранения функции руки и профилактики хронических осложнений, поскольку контрактура плеча и лимфостаз ухудшают качество жизни и повышают риск воспалительных эпизодов.
Психоонколог помогает справляться с тревогой, бессонницей и страхом рецидива, особенно на фоне длительных комбинированных программ и гормональной терапии. Психоонколог поддерживает приверженность календарю лечения и снижает риск прекращения терапии из-за субъективной непереносимости, поскольку эмоциональная перегрузка часто маскируется соматическими жалобами.
Диетолог сопровождает питание при снижении массы тела, тошноте, стоматите и выраженной слабости, подбирает белково-энергетическую поддержку и критерии перехода на специализированные смеси. Нутритивное сопровождение повышает переносимость химиотерапии и снижает частоту перерывов, поскольку саркопения ухудшает восстановление тканей и усиливает токсичность.

Лечение инвазивной протоковой карциномы

Лечение основано на размере и расположении раковых клеток, особенностях или характеристиках этих клеток и стадии. В зависимости от этих факторов маммолог-онколог порекомендует конкретный план, который включает в себя специализированные методы лечения.

Хирургия инвазивной протоковой карциномы

В дополнение к удалению рака молочной железы новые эстетические хирургические подходы могут улучшить самочувствие и уменьшить эмоциональное воздействие потери всей или части груди из-за рака.

Операция может включать в себя одну из следующих процедур:

Органосохраняющая операция с биопсией сигнального лимфоузла рассматривается при ограниченном размере очага и приемлемом соотношении опухоли к объёму железы, когда достижима чистота краёв резекции без выраженной деформации. Хирургический этап строят вокруг секторной резекции с точной ориентировкой препарата и последующей оценкой статуса краёв по итоговой морфологии, параллельно выполняют биопсию сигнального узла с красителем и радиоколлоидом для стадирования подмышечного бассейна. Практическая задача связана с надёжным локальным контролем при сохранении железы и с точной оценкой узлов без избыточной травмы, поскольку сохранённая функция плечевого пояса и меньший риск лимфостаза повышают переносимость последующих этапов. Реальные пределы данного варианта определяются мультифокальным ростом, обширным внутрипротоковым компонентом, невозможностью получить отрицательные края при повторной резекции и противопоказаниями к лучевому этапу, поскольку локальный рецидив тесно связан с компрометацией краёв и отказом от облучения.
Мастэктомия с одномоментной или отсроченной реконструкцией выбирается при больших размерах поражения, при невозможности органосохранения по косметическим и онкологическим критериям, а также при ситуациях, где прогнозируется повторная позитивная линия резекции. Операционный объём формируют с удалением ткани железы и оценкой показаний к сохранению кожи или сосково-ареолярного комплекса по риску поражения, затем выполняют реконструкцию имплантом или аутотканью в соответствии с планом пластического этапа. Практическая задача заключается в достижении надёжного местного контроля и в управляемости последующего лечения, поскольку осложнения раны и некроз кожных лоскутов часто сдвигают сроки системного этапа. Неблагоприятный фон чаще создают курение, сахарный диабет, низкий белковый резерв и предшествующая лучевая нагрузка, поскольку риск некроза и инфицирования реконструкции в данных условиях существенно выше.
Подмышечная лимфодиссекция добавляется при подтверждённом метастатическом поражении подмышечных узлов, при невозможности корректного стадирования сигнального узла и при сохранении клинически значимого узлового конгломерата после предоперационного лечения. Тактика строится на удалении клетчатки I–II уровней с сохранением грудоспинного нерва, длинного грудного нерва и грудоспинных сосудов при анатомической достижимости, чтобы уменьшалась частота пареза передней зубчатой мышцы и болевого синдрома. Практическая задача связана с контролем регионарного бассейна и с уточнением показаний к облучению, поскольку остаточная узловая болезнь повышает риск регионарного рецидива. На течение послеоперационного периода особенно влияют высокий риск лимфостаза, выраженный спаечный процесс и необходимость последующей реконструкции, поскольку сочетание данных факторов увеличивает вероятность сером и длительных ограничений движения плеча.
Предоперационная лекарственная программа на основе антрациклина и таксана закладывается при местнораспространённых стадиях и при биологии с высоким риском рецидива, когда требуется уменьшение опухоли и повышение шанса органосохранения. Чаще используют доксорубицин или эпирубицин в сочетании с циклофосфамидом с последующим этапом паклитаксела или доцетаксела, эффективность оценивают по динамике опухоли и узлов с контрольными точками визуализации. Практическая задача направлена на достижение патологического полного ответа, либо максимальной редукции до операции, поскольку выраженный ответ связан с лучшими отдалёнными результатами и более точным выбором послеоперационной тактики. Интенсивность данного этапа чаще лимитируют кардиальный резерв для антрациклина, нейропатический фон для таксана и риск нейтропении, поскольку снижение дозовой плотности и отсрочки уменьшают пользу предоперационного лечения.
Предоперационная программа при HER2-положительном варианте строится на таксановой основе с добавлением анти-HER2 терапии, когда целью становится максимальная редукция опухоли и узлов до операции. В практической конфигурации используют паклитаксел или доцетаксел в комплексе с трастузумабом, у части клинических групп добавляют пертузумаб при высоком риске и узловом поражении, затем решение о дальнейшем системном этапе опирается на морфологический ответ. Практическая задача заключается в повышении частоты патологического полного ответа и в снижении риска раннего рецидива, поскольку HER2-направленная терапия существенно усиливает эффект таксана. Продолжение программы нередко осложняют снижение фракции выброса, выраженные инфузионные реакции и диарея на фоне двойной блокады, поскольку кардиальная токсичность и декомпенсация водно-электролитного баланса вынуждают деэскалацию.
Предоперационная программа при тройном негативном варианте с добавлением ингибитора контрольных точек рассматривается при опухолях среднего и крупного размера и при узловом поражении, когда приоритетом становится достижение патологического полного ответа. Комбинацию обычно формируют из паклитаксела с производным платины с последующим антрациклин-циклофосфамидным этапом, иммунотерапию встраивают по календарю предоперационной фазы с продолжением после операции по показаниям. Практическая задача связана с усилением глубины ответа и со снижением риска ранней диссеминации, поскольку тройной негативный вариант характеризуется высокой скоростью прогрессирования при недостаточной эффективности первичного лечения. Основные трудности здесь создают аутоиммунные осложнения, тяжёлая кожная токсичность и лекарственные пневмониты, поскольку иммуноопосредованные реакции требуют пауз и системных глюкокортикоидов.
Послеоперационная лучевая программа после органосохраняющей операции закладывается, как обязательный компонент локального контроля, поскольку облучение снижает риск местного рецидива в ткани железы. Наиболее распространённый подход опирается на гипофракционирование на молочную железу в 15–16 фракций с добавлением буста на ложе опухоли в 5–7 фракций при повышенном локальном риске по возрасту, краям и биологии. Практическая задача заключается в стерилизации микроскопического остатка в зоне ложа и по всей железе, поскольку даже при чистых краях микроскопическая диссеминация по протокам остаётся вероятной. Полноценному проведению курса чаще мешают выраженные кожные реакции, нарушения заживления после реконструкции и ограничения по сердцу и лёгкому при левостороннем процессе, поскольку превышение дозовой нагрузки повышает риск поздней токсичности.
Послеоперационное облучение грудной стенки и регионарных зон после мастэктомии используют при поражении узлов, при больших размерах первичного очага и при неблагоприятных факторах, когда требуется снижение риска регионарного рецидива. Поле формируют с учётом над- и подключичных зон, а также внутренней грудной цепочки по риску, фракционирование часто строится по гипофракционированным вариантам в 15–16 фракций с индивидуализацией при реконструкции. Практическая задача связана с контролем микроскопической болезни в зонах лимфооттока, поскольку регионарный рецидив ухудшает прогноз и усложняет последующие линии лечения. На соблюдение сроков особенно влияют серомы, длительная лимфорея и повышенный риск капсулярной контрактуры импланта, поскольку осложнения реконструкции затрудняют проведение облучения в оптимальные интервалы.
Адъювантная эндокринная платформа при гормон-рецептор-положительном варианте выстраивается по менопаузальному статусу и риску рецидива, когда ключевой задачей становится долговременное подавление гормон-зависимой пролиферации. У пременопаузальных пациенток используют тамоксифен, при высоком риске добавляют подавление функции яичников и переход на ингибитор ароматазы по переносимости, у постменопаузальных базой чаще становятся ингибиторы ароматазы с контролем костной ткани. Практическая задача заключается в снижении отдалённых рецидивов на горизонте лет, поскольку гормон-положительный вариант отличается тенденцией к позднему возврату болезни. Длительность курса чаще нарушают выраженные приливы, артралгии, снижение минеральной плотности кости и тромботические риски при тамоксифене, поскольку токсичность заметно влияет на приверженность лечению.
Адъювантное лекарственное усиление при высокорисковом гормон-положительном варианте с добавлением ингибитора CDK4/6 рассматривается при поражении узлов и неблагоприятных факторах, когда стандартной гормонотерапии недостаточно по прогнозу. Подход строится на комбинации абемациклиба с эндокринной терапией с длительным приёмом по календарю, параллельно контролируют переносимость по желудочно-кишечной токсичности и показателям крови. Практическая задача направлена на снижение риска инвазивного рецидива, поскольку подавление клеточного цикла усиливает эффект гормонального контроля. Непрерывность данного лечения чаще нарушают диарея, утомляемость и нейтропения, поскольку потребность в перерывах и редукциях доз ухудшает общую лечебную плотность.
Адъювантная анти-HER2 программа после операции формируется на основе трастузумаба при HER2-положительном варианте, продолжительность и интенсивность зависят от исходного риска и ответа на предоперационный этап. При наличии резидуальной инвазивной болезни после предоперационного лечения тактику часто меняют на трастузумаб-эмтанзин, при очень высоком риске обсуждают расширение анти-HER2 поддержки по решению консилиума. Практическая задача заключается в снижении частоты рецидивов за счёт продолжения таргетного давления на HER2-клон, поскольку одна хирургия не устраняет микрометастатический пул. Продолжение курса чаще ограничивают снижение фракции выброса и лекарственная тромбоцитопения при трастузумаб-эмтанзине, поскольку кардиальная безопасность определяет возможность завершения программы.
Адъювантная терапия ингибитором PARP при носительстве герминальной мутации BRCA и высоком риске рецидива рассматривается после завершения основных этапов у подходящих клинических групп. Олапариб принимают длительно по календарю с контролем гемограммы и симптомов анемии, данная тактика встраивается в общую программу после хирургии и системных этапов. Практическая задача заключается в снижении вероятности отдалённого возврата болезни у наследственно обусловленного варианта, поскольку дефект репарации ДНК делает опухоль чувствительной к PARP-ингибированию. К продолжению лечения чаще всего предъявляют ограничения анемия, слабость и тошнота, поскольку выраженная гематологическая токсичность требует пауз и коррекции.

Нехирургическое лечение инвазивной протоковой карциномы

Лучевая терапия может быть частью плана лечения для пациентов, которым предстоит лампэктомия. Исследования показывают, что лампэктомия с последующей лучевой терапией может быть столь же эффективной, как и мастэктомия
Химиотерапия. Решение о том, следует ли лечить инвазивный протоковый рак молочной железы с помощью химиотерапии зависит от особенностей самих опухолевых клеток — их генов и белков. Чем больше врач сможет узнать о характеристиках раковых клеток, тем легче будет определить, какой тип химиотерапии может быть эффективным
Гормональная терапия. Рак молочной железы с положительными гормональными рецепторами можно лечить эстрогеном или прогестероном. Эти лекарства выпускаются в виде таблеток, их прием может осуществляться в течение нескольких лет
Биологическая (таргетная) терапия. Этот подход использует антитела или низкомолекулярные препараты, чтобы активировать иммунную систему организма для борьбы с инвазивными раковыми клетками протоков.

Помощь онкобольным

Контроль нейтропении и профилактика фебрильной нейтропении особенно важны на антрациклин-таксановых курсах и на плотных календарях, поскольку инфекция при падении нейтрофилов развивается быстро и нередко без выраженного очага. Тактика опирается на заранее оговорённые сроки контроля крови, раннее применение колониестимулирующих факторов по индивидуальному риску и жёсткий алгоритм действий при температуре 38,0 °C и выше без ожидания самопроизвольного улучшения. Усиление мер требуется при повторяющихся задержках цикла и при сопутствующих заболеваниях, поскольку снижение дозовой плотности ухудшает противоопухолевый эффект.

Антиеметическая и регидратационная поддержка строится по эметогенному потенциалу курса и индивидуальной чувствительности, поскольку дегидратация и электролитные потери ухудшают переносимость последующих введений и усиливают слабость. Практические действия включают профилактический приём противорвотных средств по схеме, контроль жидкости и электролитов при повторяющейся рвоте и диарее, раннюю коррекцию запоров на фоне противорвотных и опиоидных анальгетиков при необходимости. Нарастающая слабость, сухость во рту, редкое мочеиспускание и головокружение требуют быстрой оценки, поскольку скрытая дегидратация часто недооценивается.

Профилактика и ведение таксан-индуцированной нейропатии направлены на сохранение мелкой моторики и устойчивости походки, поскольку нейротоксичность носит кумулятивный характер и способна стать необратимой. Тактика опирается на регулярную фиксацию онемения, жжения и болей в кистях и стопах до каждого введения, раннюю коррекцию дозовой нагрузки по симптомам и подбор средств для купирования нейропатической боли по переносимости. Более пристальное наблюдение требуется при нарушении равновесия и падениях, поскольку травмы на фоне нейропатии существенно ухудшают общий план лечения.

Кардиальная безопасность при антрациклинах и анти-HER2 терапии требует контроля симптомов и инструментальной оценки функции сердца в контрольные сроки, поскольку снижение сократимости иногда развивается бессимптомно. Поддержка строится вокруг коррекции факторов риска, контроля давления и ритма, а при появлении одышки, отёков и перебоев ритма требуется внеплановая оценка с обсуждением кардиопротекции и временной паузы в таргетной терапии по показаниям. Срыв кардиального резерва критичен, поскольку преждевременное прекращение анти-HER2 этапа снижает онкологическую эффективность.

Профилактика и ведение кожных реакций при лучевом этапе основаны на бережной гигиене, защите кожи от трения и контроле влажности в складках, поскольку лучевой дерматит ухудшает качество жизни и иногда вынуждает прерывать курс. Практические меры включают подбор нейтральных средств ухода без раздражающих компонентов, наблюдение за зонами мацерации, раннюю местную противовоспалительную поддержку по выраженности реакции. Быстрое усиление боли, мокнутие и присоединение инфекции требуют очного осмотра, поскольку бактериальные осложнения затягивают восстановление и сдвигают дальнейшие этапы.

Профилактика лимфостаза и ограничений плечевого сустава после вмешательства на подмышечной области строится вокруг раннего восстановления объёма движений, контроля болевого синдрома и грамотного режима нагрузки. Подход включает обучение щадящим движениям, контроль отёка, уход за кожей руки для снижения риска рожистого воспаления, а при нарастающем отёке и чувстве распирания требуется ранняя коррекция с подключением компрессионных методов по показаниям. Лимфостаз важен для общего плана лечения, поскольку хронический отёк снижает функциональность и увеличивает частоту воспалительных эпизодов.

Нутритивная поддержка и профилактика потери массы тела особенно значимы при длительных комбинированных программах, поскольку саркопения ухудшает переносимость токсичности и повышает частоту перерывов. Практические действия включают высокобелковое дробное питание, подбор специализированных смесей при снижении аппетита, контроль железодефицита и витамина D при длительной гормональной терапии по клинической необходимости. Стойкая анорексия, прогрессирующее снижение веса и выраженная слабость требуют раннего подключения нутритивного сопровождения, поскольку восстановление после срыва питания занимает недели.

Что важно знать пациентам

Зачем после операции требуется лекарственная терапия или облучение?

Зачем после операции нередко требуется лекарственная терапия или облучение, даже при удалённой опухоли?
После операции может сохраняться микроскопический опухолевый пул, который не виден при визуализации и не определяется при осмотре. Системная терапия снижает риск отдалённых рецидивов, а лучевой этап уменьшает вероятность местного возврата болезни, поскольку микроскопические клетки способны оставаться в зоне ложа и по путям лимфооттока.

Какие осложнения?

Температура 38,0 °C и выше, озноб, быстро нарастающая слабость, одышка, боль в груди, неконтролируемая рвота, понос с признаками обезвоживания, резкое уменьшение мочи, обильное покраснение и боль в зоне операции требуют срочной оценки. Подобные симптомы могут соответствовать нейтропенической инфекции, тромбоэмболии, тяжёлой дегидратации или осложнению раны.

Какие проблемы возможны со стороны руки после вмешательств?

После биопсии сигнального узла риск лимфостаза ниже, после подмышечной лимфодиссекции выше, дополнительно возможны онемение по внутренней поверхности плеча, серомы и ограничение движений плеча. При нарастании отёка кисти или предплечья, чувстве распирания, покраснении кожи и повышении температуры требуется ранний осмотр, поскольку лимфостаз и рожистое воспаление требуют быстрой коррекции.

Как поддерживать переносимость терапии?

Приливы, нарушения сна, боли в суставах, сухость слизистых и колебания настроения поддаются коррекции при раннем обсуждении с лечащей командой, параллельно важны контроль массы тела, ходьба и силовые нагрузки по переносимости для сохранения мышц и костной ткани. При выраженной слабости, прогрессирующей одышке, кровянистых выделениях и признаках тромбоза требуется внеплановая оценка, поскольку часть осложнений связана с системными эффектами терапии и требует изменения тактики.

Автор: Черемисинова Екатерина Алексеевна

Специализация: Врач УЗИ

Медицинский опыт: 22 года

Запись на приём: МЦ РИОРИТ, МЦ Медси

Список научной литературы:

Крючков А.Н. Возрастные особенности инвазивной протоковой карциномы молочной железы Текст. / А.Н. Крючков, Г.Г. Фрейнд // Архив патологии. 2007. - № 6. - С. 15-16.
Протоковая карцинома in situ Электрон, ресурс. / С.А. Тюляндин Материалы 22-го ежегодного симпозиума «Рак молочной железы».
Семиглазов В.В. Карцинома in situ молочной железы морфологические и клинические проблемы Текст. / В. В. Семиглазов // Практическая онкология. - 2002. - Т. 3. - №1. - С. 60-68.
Бяхов // Злокачественные опухоли. - 2015. - Т. 15, № 4. - С. 54-63.
Апанович Н.В. Современные молекулярно-генетические маркеры рака молочной железы/ Апанович Н.В., Шубин В.П., Коротаева A.A.// Опухоли женской репродуктивной системы.-201l.-№ 1.-с.с. 19-29.

Протоковая карцинома in situ

Что надо сделать для ранней диагностики протоковой карциномы in situ? Пациенту, в первую очередь, необходимо записаться на консультацию к маммологу. Протоковая карцинома часто выявляется у женщин в ходе маммографии. У многих пациенток на момент постановки диагноза нет никаких симптомов. В редких случаях могут появляться: шишки в груди выделения из соска, которые могут быть окрашены кровью.

читать далее →

Протоковая карцинома in situ

читать далее →

Дольковая карцинома in situ

Что надо сделать для ранней диагностики дольковой карциномы in situ? Пациенту, в первую очередь, необходимо записаться на консультацию к маммологу. Инвазиваная дольковая карцинома обычно не выявляется на маммограммах или УЗИ молочных желез и не вызывает симптомов. Ее часто диагностируют случайно во время МРТ молочных желез с контрастом или биопсии на другие состояния молочных желез.

читать далее →

Дольковая карцинома in situ

читать далее →

Воспалительный рак молочных желез

Что надо сделать для ранней диагностики воспалительного рака молочных желез? Пациенту, в первую очередь, необходимо записаться на консультацию к маммологу. После первичного приема врач может назначить дополнительные обследования: маммографию, которая представляет собой рентген молочных желез (для некоторых женщин невозможно сделать маммографию, потому что грудь опухшая и болезненная) УЗИ молочных желез биопсию кожи молочных желез биопсию уплотнения молочных желез МРТ молочных желез с контрастированием. Дополнительные тесты могут включать компьютерную томографию костей или ПЭТ-КТ.

читать далее →

Воспалительный рак молочных желез

читать далее →